вторник, 22 ноября 2016 г.

Рыббалка (3)

Изначально этот рассказ хотелось назвать "Лучик", просто я потом пристегнул его к общей теме, "Рыббалка"...
Дело было на маленьком водоемчике, шириной не более тридцати метров, отгороженного от Волги дамбой, по которой проходила проселочная дорога для редкого в тех краях транспорта. Обычно эти были какие-то сельскохозяйственные машины, но чаще мотоциклы, на которых такие же, как мы, энтузиасты удочек добирались до прикормленных мест. Мы называли их "мотопехотой"...



Однажды с грохотом подкатил здоровенный "Урал", и водитель поинтересовался, не встречали ли мы такого же, как у него, колеса. Колесо было гигантским, однако нам не попадалось, мы так и ответили.

 Колесо мы встретили на другой день, уже на обратном пути. А невдалеке нам вновь попался тот несчастный "Урал" с отвалившимся колесом, несчастный водитель что-то ворочал ключом там, где оно должно было быть... Видимо, колесо учинило побег уже не в первый раз!

Так вот, мы с отцом практически ночью добирались до нашей озеринки на его Ниве, съезжали к воде, и оставались на ночлег. Самое интересное, ради чего мы приезжали сюда, ожидало нас ранним утром. А тут и лодка накачана, и одежда с сапогами сухие, и мы выспавшиеся. Прямо, курортные условия, да и только...

В тот раз мы приехали втроем, с нами был коллега по работе, мужчина средних лет, как и мой отец. Я был моложе, и не стал употреблять у костра спиртное, а был отправлен спать в ту самую Ниву. Но рыбацкие байки я запомнил многие. Дядя Валера притащил с нами свою лодку, но надувать её не стал, но зато поклялся, что подымется "с первым лучиком солнца", и присоединится к нам. Лодка была нужна не из-за размера озера, а из-за кувшинок, заполонивших большую часть водной поверхности. Мы садились в лодку и добирались до первого же незакрытого участка, где нас и ждал карась, который обычно клевал "как в последний раз", мощно и безошибочно.

Итак, оставив мужиков у костра, я забрался в машину и растянулся слева, я - единственный из нас, кто мог там поместиться "под рулем" при моем-то росте. Отец опустил боковое стекло и загородил путь комарам куском кружевной шторы. Комаров была масса, но этот барьер хорошо выполнял свою задачу. Я смотрел-смотрел на Луну в через окно, да и уснул.

Проснулся я от того, что в машине открылась дверь. Мужики забрались вовнутрь, и вскоре улеглись спать...
Я как мог, подвинулся, и вновь стал смотреть на Луну. И тут до меня доперло, что между мною и таким красивым круглым ярко-желтым светилом уже нет никакой преграды! Видимо, шторка с форточки благополучно свалилась. Подтверждением моей догадки послужил радостный хор комариной эскадрильи! Естественно, я разбудил папу, он вскочил и вернул потерянную занавеску на место. Но внутри-то! Внутри машины уже находилось множество вражеских диверсантов. Мы зажгли свет и взялись за охоту...

Машина содрогалась от ласковых шлепков по кузову, а тут еще дядя Валера предложил гениально-жуткую вещь: "Я знаю способ избавиться от комаров! Собрать их всех в банку, и сжечь!!!" Мы оценили идею, однако, посоветовали ему самому этим заниматься...

Так или иначе, мы с папой проснулись ранним утром, но добудиться его почему-то не смогли. Тогда мы решили оставить новоиспеченного энтомолога проспаться, а сами вышли на воду. Всё было как обычно. В том числе появился местный пастух в компании разнокалиберных буренок. Он разговаривал с ними как настоящий командир взвода! Вытащив откуда-то целое бревно, которое оказалось удилищем, он закинул эту жуткую удочку, и обернулся к топтавшейся  берегу братии:" Чё столпились? А ну, пшли отсюда!!!" И вслед добавил: "Чтобы к полдвенадцатому мне все здесь были!!!" Еще бы принести чего потребовал! Забегая вперед скажу, что строго ко этому времени, как по команде, коровы собрались на берегу, и выстроились в шеренгу! Куклачев бы обзавидовался!

Тем временем дело шло... Неожиданно на берегу раздалось хрюканье лодочного насоса. Солнце-то взошло, только в восьмом часу "лучик"был уже далеко не "первый". С треском, чуть не провалившись, на берег выволокся дядя Валера! Он угнездился в лодке, отплюхал на несколько метров и принялся возиться со снастями. Мы с папой тогда и решили между собой дать ему провище "Лучик", ведь такой, как он, засоня, был первым? Первым! Солнце есть? Есть! Вот он и есть "Лучик"!

Закончив распугивать карася, Лучик наконец затих в своей лодке. Но он затих, а жизнь в озере продолжалась! Стрекозы принялись сновать туда-сюда... На лист кувшинки вылезла какая-то странная мышка с хоботом, "выхухоль" называется... Возле наших поплавков нарисовалась большая зеленая лягушка, и когда они слегка пошевелились, принялась подкрадываться к ним, кинувшись в конце концов, в атаку. В другой раз она схлопотала кончиком удочки по носу, и обидевшись, исчезла.

Неожиданно мы поняли, что наш Лучик снова заснул, уж слишком долго он не шевелится, да и
обстановка располагает... Он прилег на нагревшийся борт, и мы опасались только, чтобы он не вывалился из лодки. Тут на лист кувшинки, возле самого его лица, выбралась огромная лягушка и мы шутили: "поцелует - не поцелует?"

Но хорошо, что не поцеловала... Лягва оказалось мужиком! В смысле, самцом... Он посидел немного, потом как следует набрал воздуха, раздулся, да как заорет во всё горло!!! Лучик вскочил, и я не уж не знаю, почему он не побежал к берегу, потому что отлетел на другой край лодки, громко помянув по дороге и этого певца, и его мать, и много чего и кого... Мы ухохотались до рези в животе!

А Лучик был и дальше чрезвычайно богат на приключения, но об этом - как-нибудь в другой раз!